Трагедия Бабьего Яра«История, рассказанная ботинками»
Война и мир – эти два полюса были испокон века на порубежной многострадальной земле. О войне мы узнаем по книгам, фильмам, фотографиям, бывая в музеях. Дети и война. Два несовместимых понятия.
Среди подпольщиков, партизан и местного населения, активно помогающего в борьбе с фашизмом, были дети. Наши дети находились в 13 тысячах концлагерей: голод, холод, унижение. Не всем посчастливилось выжить, ведь оставался в живых только один ребенок из десяти. Не все знают, что Псковщине принадлежит скорбный рекорд: из всех российских областей именно она принесла немецким концлагерям самую большую жертву. Точной цифры - сколько именно наших матерей и отцов, сестер и братьев нашли последний приют в могилах на чужбине - теперь не назовет никто. Вечная им память. В нашем Пушкиногорском районе проживает 105 человек, чье детство было опалено войной и опутано колючей проволокой.
Сегодня мы вспоминаем трагическое событие- 65- летие Бабьего Яра.
Бабий Яр - овраг в северной части Киева, на бывшей окраине города, стал символом гибели евреев от рук нацистов.
1-й ученик:
Зеленые туфельки, черные боты…
Ботинки искусной и грубой работы.
Ботинки любого размера и цвета,
ботинки из тюрем, ботинки из гетто, ботинки танцоров, портных и ученых,
На голод и муки
И смерть обреченных, задушенных газом.
Горою лежат -
Не охватишь их глазом.
Им снятся еще в полумраке дороге.
Им снятся босые и крепкие ноги.
Им снятся подъемы, и спуски, и пляски…
Над ними плывут облака без опаски,
Летят журавли и висят паутинки.
Ботинки,
ботинки… ботинки… ботинки!
Расстреляв человека, солдат из зондеркоманды шел по телам уже расстрелянных к следующему еврею, лежавшему в ожидании своей очереди, и стрелял в него. Это был конвейер, где не делали различий между мужчинами, женщинами и детьми. Дети были вместе с матерями, и их расстреливали вместе.
Русские мужья провожали своих жен. Русские жены провожали своих еврейских мужей. Приближаясь к Бабьему Яру, мы услышали стрельбу и нечеловеческие крики. Я начала понимать, что здесь происходит, но маме ничего не говорила… Когда мы вошли в ворота, нам велели сдать документы, ценные вещи и раздеться. Один немец подошел к маме и сорвал с ее пальца золотое кольцо. Я видела, как группа за группой раздеваются женщины, старики и дети. Всех подводят к открытой яме, и автоматчики расстреливают их. Затем подводят другую группу… Я своими глазами видела этот ужас. Хотя я находилась не совсем близко от ямы, я все равно слышала жуткие крики обезумевших людей и приглушенные голоса детей, звавшие:”Мама, мама…”
Из воспоминаний Дины Проничевой, выжившей в Бабьем Яре
Расстреляв человека, солдат из зондеркоманды шел по телам уже расстрелянных к следующему еврею, лежавшему в ожидании своей очереди, и стрелял в него. Это был конвейер, где не делали различий между мужчинами, женщинами и детьми. Дети были вместе с матерями, и их расстреливали вместе.Из донесения об обстановке, 31 июля
На рассвете 29 сентября киевские евреи с разных концов города медленно двигались по улицам в сторону еврейского кладбища. Родственники и друзья провожали их, не подозревая о предстоящей трагедии. Многие из обреченных думали, что предстоит переезд в провинциальные города. Одни говорили — трудовая мобилизация, другие заявляли, что немецкое командование договорилось с советским руководством, и предстоит обмен: еврейская семья — на одного военнопленного немца Кто-то понимал, что это смерть. В этот день было много самоубийств.
Семьи пекли хлеб на дорогу, шили походные вещевые мешки, нанимали подводы, двуколки. Поддерживая друг друга, шли старики и старухи. Матери несли младенцев на руках, везли их в колясочках. Шли люди с мешками, свертками, чемоданами, ящиками. Молодежь с собой почти ничего не брала, а пожилые люди старались взять с собой из дому побольше. Старух, тяжко вздыхающих и бледных, вели под руки внуки. Парализованных и больных несли на носилках, на одеялах, на простынях.
Толпы людей непрерывным потоком шли по Львовской улице, а на тротуарах стояли немецкие патрули. Огромное множество людей с раннего утра до самой ночи двигалось по мостовой. Это шествие смерти продолжалось три дня и три ночи. Город притих. На Львовскую улицу, как потоки в реку, вливались толпы с Павловской. Дмитриевской, с Некрасовской.…Выйти из потока уже было невозможно – немцы проверяли документы. За Львовской улицей — голые холмы, овраги с крутыми склонами – Бабий Яр.
Под открытым небом была развернута целая канцелярия, стояли письменные столы. Толпа, ожидавшая у заставы, организованной немцами в конце улицы, не видела этих столов. От толпы отделяли каждый раз 30-40 человек и вели под конвоем «регистрироваться». У людей отбирали документы и ценности. Документы бросали на землю. Свидетели говорят, что площадь покрылась толстым слоем брошенных бумаг, порванных паспортов и профсоюзных билетов.
Затем немцы заставляли людей раздеваться догола — всех без исключения - и девушек, и женщин, и стариков, и детей. Одежду собирали, аккуратно складывали. Срывали с пальцев кольца. Потом обреченных, группами по 30-40 человек палачи с собаками гнали на край глубокого оврага и в упор расстреливали. Тела падали с обрыва. Маленьких детей сталкивали в яр живыми. Многие, подходя к месту казни, теряли рассудок. Несколько молодых и красивых девушек увели в сторону: ночью их изнасиловали и также расстреляли.
Черная книга / Под редакцией Василия Гроссмана и Ильи Эренбурга.
К.: МИП «Обериг», 1991. 560 с. С. 22-32.
Русские мужья провожали своих еврейских жен. Русские жены провожали своих еврейских мужей. Приближаясь к Бабьему Яру, мы услышали стрельбу и нечеловеческие крики. Я начала понимать, что здесь происходит, но маме ничего не говорила <… > Когда мы вошли в ворота, нам велели сдать документы и ценные вещи и раздеться. Один немец подошел к маме и сорвал с ее пальца золотое кольцо. Я увидела, как группа за группой раздеваются женщины, старики и дети. Всех подводят к открытой яме, и автоматчики расстреливают их. Затем подводят другую группу <… > Я своими глазами видела этот ужас. Хотя я находилась не совсем близко от ямы, я все равно слышала жуткие крики обезумевших людей и приглушенные голоса детей, звавшие: «Мама, мама…»
1.Помнить, чтобы жить! К 65-летию трагедии Бабьего Яра //Методическое пособие – сборник работ педагогов России и Беларуси. / Составители: А.Е. Гербер, И.А.Альтман, Л.М. Пятецкий, Е.Э. Беленькая. // М.: Центр и Фонд «Холокост», 2006
Русская литература о Холокосте. Хрестоматия для учащихся. И.А.Альтман (отв. составитель) Москва, 1997
Черная книга / Под редакцией Василия Гроссмана и Ильи Эренбурга.
К.: МИП «Обериг», 1991.
Спонсор поста: Полезные статьи на полезные темы.
Теги: холокост


Один комментарий
Оставить комментарий